Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

минни-шопоголик

(no subject)

Шла по улице, увидела в темноте вывеску "Обувь, сумки". Буква "м", конечно же, не горит. По-моему, это очень грубый маркетинговый ход. Очень, по-моему, примитивный.

И обувь там, прямо скажем, не ахти. И продавщицы нахальные. Зачем вам, говорят, женшина, эти говнодавы, вы что, американский морпех? Возьмите лучше эти ботиночки на тонкой подошве, прелесть же, а не ботиночки... Ну, вы подумайте, а? При нашей-то зиме - на тонкой подошве! Прелесть, что и говорить.

Едва надев их, я с ужасом поняла, что снять уже не смогу - нет, только не сейчас, не здесь, не трогайте, оставьте. А едва оплатив, выпорхнула наружу, как тот Персей в тех крылатых сандалиях, и тихо полетела восвояси, скользя не по льду, а по воздуху, и ощущая щекотную мягкость во всём теле, а не только в ногах. Когда-нибудь я в них непременно промокну или замёрзну, как пить дать. Но это потом, когда они отсыреют, постареют и разучатся летать.
дворик

(no subject)

Когда на мир внезапно нисходит тепло, это каждый раз такое потрясение. Ходишь, как по другой планете, сплошь завешенной дырявыми кружевами цвета зелёного янтаря, и рука всё время тянется их отдёрнуть, потому что, ну, не бывает же. И улица мурлычет, как кот на тёплом пледе, и тут же, на глазах впадает в детство и стучит по дворам мячиком, и скрипит качелями, и даже, кажется, гремит битой, что совсем уж невероятно. Дикие брейгелевские тополя зеленеют не сплошь, а фрагментами и пучками, из-за чего ужасно напоминают зацветшие дворницкие мётлы. По двору идёт носатый курьер и несёт на локте длинную сумку в форме люльки, зашторенную кружевами цвета весеннего янтаря, и с нарисованным сбоку аистом.

***
Нет, ну, согласитесь, все эти деревья, обросшие за одну ночь хипповскими шевелюрами, все эти цветы на клумбах, которых вчера и в заводе не было, а сегодня, нате вам, стоят – это же не настоящее, правда? – это же компьютерная графика! Вон, и птиц каких-то дивных нарисовали, не то дрозды, не то сойки… ну, откуда в городе сойки?... хоть бы учебник почитали перед тем, как рисовать…. В парках бегают собаки, все в налипших тополиных почках, и сами липкие и душистые, как карамельки. С улиц куда-то подевались бледные закутанные тени и вместо них откуда-то появились всякие граждане в шортах и домашних шлёпанцах, тоже ужасно аутентичные. А вдоль дорог проросли свежие дорожные знаки, а садовники ездят на оранжевых машинах и их поливают.

***
И, да, о нарисованных городах…. К примеру, при первом взгляде на эту фотографию я на пару секунд сбилась с курса и подумала, что, вот, наконец-то кто-то всё-таки прорубил в небе окна, и теперь можно будет изредка туда лазить, как когда-то петровцы - в Европу. Совершенная иллюзия слияния реального с виртуальным, когда уже нет никаких границ между плоским и трёхмерным, между вымыслом и правдой, между небом и землёй. И никаких пограничников с огненными мечами. И самолёт летит над проводами на свет маяка, и вот-вот улетит из картинки в жизнь, а никто и не заметит..
А недалеко от Александровского сада мы с подругой видели стену с окном, аккуратно вписанным в барабан старинного солдата. И представили себе. как оттуда время от времени выглядывает хозяйка квартиры и кричит, потрясая кулачком:
- Опять окно расфигачил палками своими, чёрт, леший!
- А мне, матушка, по барабану, - дружелюбно отвечает ей солдат.

Фотография boqueron

18198251_765997203573982_1526628174710984329_n
дворик

(no subject)

А вы на обновлённой Пятницкой были?
Ребята, я теперь знаю, кто нас захватил.
Это точно персонажи комикса. Они делают город-комикс.

Я в восхищении: как они этого добиваются? Дело не в том, что это дешёвый глянец, липнущий к пальцам при перелистывании. И даже не в том, что вместо прежней живой, нелепой старенькой купчихи – раскрашенная мумия в мраморном саркофаге. А в том, что куда-то волшебным образом исчез объём. Это даже не пустые внутри, но, по крайней мере, трёхмерные макеты – это плоская, абсолютно плоская и абсолютно мёртвая картинка. Как будто кто-то взял и переписал Островского и Гиляровского тем самым языком, которым пишут фальшивые интервью в «Караване истории». Как им удалось так непринуждённо, можно сказать, играючи вынуть из улицы душу под видом лёгкой косметической операции? Блин блинский, как сказали бы мои любимые товарищи из «Архнадзора».

Одна надежда, что в нашем климате бумага и картон долго не протянут. Пройдут дожди, пройду снега, картон смокнет, скомкается, сползёт, и старушка из-под него таки-вылезет, живёхонькая, хоть и, возможно, с лёгкой амнезией.

Мой бывший родной домишко-то тоже покрасили. И теперь он весь такой нереальный, что даже голуби не садятся на карниз. А переход между Валовой и Коровьим Валом ободрали, убрали со стен смешную светлую плитку, неизмеримо расширяющую пространства, и превратили его в бункер. Или бомбоубежище. Впрочем, на подводную лодку тоже похоже. И очень теперь по нему страшно ходить - кажется, что не всплывёшь.

Блин, детство, похоже, кончилось. Нету теперь для него никаких внешних пространств, остались только внутренние. И оккупанты ходят в зоомагазин. Славные такие оккупанты - свежие мордахи, длинные загорелые ноги, резиновые шлёпанцы. В глубине подводной лодки под страшной сигнальной лампочкой, оплетённой железной сеткой, парень и девушка занимаются вулканским флиртом, прижимаясь друг к другу ладонями. Две тётеньки идут где-то рядом со мной, в параллельной полутьме, и беседуют о прогрессивном:
- Ты не думай, это совершенно не те бактерии! Обычные бактерии в нас убивают процентов тридцать всего, и то в лучшем случае. А эти, понимаешь, ВСЁ убивают, подчистую! Вот стоит только курс пропить - и ВСЁ. Они, знаешь, как пройдут по организму…

Я только мельком представляю себе эту зондер-команду и, мысленно перекрестившись, прибавляю шагу. А, выбравшись из лодки, вижу, как где-то в дальней дали, внутри ужасно горячих сумерек мигают и подмигивают огни Моего Троллейбуса. Я знаю, что он – мой, хоть и не вижу номера.

Пока я бегу за ним, сзади кто-то пыхтит. А когда я в него вскакиваю, следом за мной вскакивает дама в чём-то шелестящем, сиреневом, почти бумажном.
- Между прочим, если бы не мозоль на пятке, я бы вас обогнала, - говорит она мне обиженно и гордо. – Вот не надо было мне каблуки надевать. Если бы не каблуки, я бы вас ТОЧНО обогнала.
Курсистка

(no subject)

Меня тут недавно спросили, буду ли я, если мне вдруг придёт фантазия падать в обморок, делать это прямо на эскалаторе метро, на глазах у возмущённой общественности, или дотяну до горизонтальной поверхности, а там уж упаду.

И я вспомнила, как однажды, стоя на эскалаторе, читала Симонова. Кажется, «Живые и мёртвые».

Кажется, именно там был эпизод, когда герой видит солдата с раздробленной челюстью, перемотанной бинтами. Верхняя половина лица этого солдата была совершенно белой, такого цвета, каким не может быть человеческое лицо, а нижняя, забинтованная, – совершенно красной, ровно-красной, без проблеска... Ох....

...Когда наступил проблеск, кругом всё грохотало, гудело и почему-то двигалось вверх ногами. А надо мной нависало юное милицейское лицо, которое я сначала приняла за местный бродячий барельеф, потому что оно было совершенно белым – такого цвета, каким не может быть человеческое лицо. К счастью, с челюстью у него всё было в порядке, и, стало быть, материализация кошмара не удалась - или удалась, но не вполне.
- Где мои очки? – хрипло обозначила я свои приоритеты в личной системе ценностей.
- Не знаю, - покаянно ответил он и зачем-то принялся ощупывать собственные глаза и переносицу. Потом, кажется, что-то вспомнил, посуровел, оттащил меня от эскалатора к скамейке и стал выкликать кого-то из светящейся неподалёку пещерной дыры. Спустя пару минут оттуда выкатилась тётя-доктор в белом халате и лыжной шапочке, дала каких-то капель барельефу, потом мне, а потом, убедившись, что мы оба травмированы лишь морально, как-то по-хорошему, профессионально закручинилась и долила себе в стаканчик остатки из пузырька.
- Нервы! – сказала она, качая помпоном. – А вы как думали? – по-вашему, их можно вот так, к чему попало подключать? Чуть перепад напряжения - и всё, кердык, вся система летит к чертям. А ведь это не просто так – это износ! А оборудование тонкое, к нему запчастей не прилагается. Предохранители нужны, вот что!

Капли у меня во рту отчётливо отдавали спиртным, и я поняла, что в прошлой жизни она была электриком.
Правда, наверное, не очень хорошим.
бодрость

Немножко апокалипсиса, или Новые подарки от друзей-редакторов

Это уже третья в этом году осень, ознаменовавшаяся подобными акциями протеста

Но Мелихов не жалеет о тратах на памятник казаку-хлебопашцу. Пожалуй, это единственный в России памятник без шашки и нагайки.

В нашем регионе с населением более 4-х млн человек настоящих буйных мало – по данным психиатров, не более 1000 граждан. А вот пограничников с нервными патологиями, не обращающихся к врачам, недопустимо много.

Раньше высококвалифицированного сварщика выращивали к 30 годам. Современные технологии и оборудование позволяют делать это гораздо быстрее…

Наша ниша - молодые активные семьи с детьми, которые приезжают отдохнуть с драйвом. Они могут вместе карабкаться на отвесную скалу, потом надеть ролики и обгонять друг друга!

Эти книги предполагается издать не только на современных, но и на древних и мёртвых языках, с учётом особенностей регионов их распространения.

Из-за 200-метрового рва бывший солдат оказался отрезан от пастбищ и лугов. А в призме того, что он один из граждан нашей страны, то становится тревожно за всё мычащее племя.

Повышение эффективности производства риса на Кубани стало возможным за счет использования новых высокопродуктивных сортов краснодарских селекционеров с потенциальной продуктивностью 100-12- центнеров с гектара.

Ведь человек по сути своей почти ничем не отличается от живого существа – он тоже по-своему подчиняется инстинктам и привыкает к определённому ритму жизни.

Такая мера позволит российской стороне обоснованно возражать утверждениям зарубежных ученых о подрыве запасов тюленя в нашей стране.

Под влиянием расчетливых доз антидепрессантов, проблема, казавшаяся ему глобальной и неразрешимой, уменьшилась до размеров его головного мозга.

Образ подозреваемых отчётливо запечатлелся в камерах наружного наблюдения.

Скандал разгорелся вокруг справочника для трудовых мигрантов, в котором приезжие изображены в виде кисти, веника, валика для краски и шпателя. В то же время люди, с которыми предстоит столкнуться мигранту при оформлении своего пребывания на территории РФ, – чиновники, пограничники, врачи – изображены в своём естественном, неприукрашенном обличье.

По словам авторов нашумевшей рок-мистерии «Ангелы ада», скорую встречу с героями их постановки им предсказали сами зрители.

Мы должны подумать о системе оперативного извещения населения о чрезвычайных ситуациях и серьёзных катастрофах – (а телевидение, несмотря на развитие Интернета и беспроводных сетей, по-прежнему остаётся их источником номер один)

Одежда учащихся не должна соответствовать их светскому или религиозному характеру.

Прежде чем повышать цены, поставщикам не мешает задуматься о своём истинном месте во внешних и внутренних сферах окружающей их ситуации.

Жильцы долго выслеживали электропроводку и наконец выяснили, что в офисе на первом этаже вообще не платят за свет.

Представителям общественных организаций надо внимательнее следить за оскорблениями религии, причём не только в реальной жизни, но и в тех её областях, которые пока трудно контролировать.
бодрость

(no subject)

А вот ещё одно недавнее знакомство. Страшное.
Катька. Два года десять месяцев. Многократный призёр и финалист ближнего боя с родителями.

Нельзя сказать, что она очень часто выходит на тропу войны, но если уж выходит, то остановить её можно только двумя средствами: смирительной рубашкой вкупе с непроницаемым кляпом и дедушкой. Беда в том, что родители считают оба этих средства непедагогичными, а все иные к данному конкретному случаю совершенно не применимы.
Ну, судите сами.

Средство первое. Это когда родители, пытаясь перекричать её вопли дрожащими хриплыми голосами, предлагают друг другу: «Давай уйдём в другую комнату – рано или поздно она устанет и замолчит»

Ха! И что, спрашивается, в представлении этих людей «рано», а что – «поздно»?
Впрочем, каковы бы ни были эти их представления, они никак не совпадают с представлениями о том же соседей. Задолго до того, как атакующая сторона начинает проявлять первые признаки предсказанной усталости, на пороге квартиры возникает несколько красных от гнева тётенек, иногда в компании бледного от гнева дяди-полицейского. Так что, первое средство вычёркиваем.

Средство второе. Попытаться обнять и успокоить ребёнка, как советуют психологи.
Тоже не годится. Обнять Катьку в тот момент, когда она на тропе войны, может только человек с как минимум трёхлетним опытом работы в серпентарии. Попытки сделать это в домашних условиях и без предварительной тренировки приводят к плачевным результатам для обнимающего. Проверено на себе лично. Не советую.

Средство третье. Отшлёпать и поставить в угол, как психологи не советуют. На самом деле атакующая сторона предпочитает именно этот способ ведения боя. Тогда она чувствует себя окончательно свободной от всяких пактов о ненападении и пускает в ход уже весь доступный ей арсенал. Вы уверены, что знаете, КАК может орать и драться хрупкий трёхлетний ангел с пушистыми, как одуванчик, волосами? О! он дерётся как сорок тысяч тигров и орёт как сорок тысяч обезьян. И потом, лично я не могу себе представить, каким образом можно удержать его в углу без помощи столярного клея «момент-монтаж-сильнее-всех». И то, честно говоря, вот это вот «сильнее всех» представляется мне какой-то слишком уж смелой метафорой.

Все остальные средства, как то: попытаться поговорить по душам, дать возможность выплакаться, удивить, отвлечь, сдать свои позиции - точно так же малоэффективны, как и перечисленные. Катька сражается не ради выгоды, а ради процесса. И если в процессе битвы противник пытается не вовремя ей уступить и малодушно выкинуть белый флаг, это только добавляет ей боевой ярости. Она не приемлет уловок и компромиссов. Она жаждет войны до победного конца.

Есть только один человек, который в состоянии остановить её на любой стадии военных действий. Это Дедушка.
Я, например, считаю это большим счастьем, - то, что у них в семье есть такая фантастически пассионарная личность. Говорят, что когда он идёт босиком и с посохом через селения, поселянки прячут от него своих подросших сыновей, боясь, что о уговорит их оставить мир и пойти в военные хирурги. Пациенты молятся, чтобы Бог послал им именно его, а студенты молятся ровно об обратном. Он весь – как Божия гроза.

При виде искривлённой, измазанной слезами Катькиной физиономии он сдвигает брови, мечет молнии и грохочет откуда-то сверху пока ещё дальним, но уже многообещающим небесным рыком:
- Ты кого опять укусила? Папу? Ты что – не знаешь, что у него могут быть энтерококки? Марш чистить зубы! Немедленно! И рот, рот прополощи! С мар-ган-цов-кой!
- Так нельзя! – в панике вмешивается папа. – У неё могут развиться неконтролируемые страхи…
- Палец давай! – гремит со своих грозовых высот Дедушка. – Воспаление хочешь заработать? Это тебе не шуточки!

И – о чудо – с прибытием на поле боя военно-санитарного поезда битва, как по команде, утихает, и Катька уже не орёт и не топает ногами, а очень внимательно, почти не дыша, смотрит на Дедушку снизу вверх, и лицо её впервые за всё время сражения принимает задумчиво-осмысленное выражение.

А потом они сидят с Дедом на ковре, Дед сурово выговаривает ей, задевая походя не только медицинскую, но и моральную сторону её поступка, а она – вы не поверите – молча, с тяжёлым сопением слушает, по-прежнему не отрывая от него глаз. А потом, когда неприятные темы исчерпываются, тащит к нему своих кукол и свои раскладные книжки, а он, хмурясь, разглядывает эти приметы мирной жизни и время от времени приглушённо рокочет:
- Нет, погоди, я не понял – кому зайчик отдал морковку? Волку? С какой, прости, целью? Чего он надеялся этим достичь?.. Ах, ну, да, да. Конечно, он судил по себе. Не принял во внимание, что у них с волком даже пищеварительные системы абсолютно разные….

Недавно я поняла, почему Катька так любит Дедушку и так жестоко воюет с безмерно любящими её родителями.
Потому что Дед – единственный в этой семье, кто воспринимает её как личность.
Искренне, а вовсе в воспитательных целях и не потому что так написано в популярных книжках по детской психологии.

Ах, Катька, Катька. Бедная, смешная, родственная душа.
Курсистка

(no subject)

Немножко из Вересаева

"В октябре 1917 года, в Москве. Окоп пересекал Остоженку поперек. В окопе сидели рабочие, солдаты и стреляли вниз по улице, по юнкерам. Третий день шел бой. Совершалось великое и грозное. Не страница истории переворачивалась, а кончался один ее том и начинался другой...

...На время затихла стрельба. Перед окопом озабоченно пробежала рыжая собачонка с черными ушами, остановилась у тумбы, обнюхала и побежала дальше. Вдруг быстро подняла голову и жадно стала во что-то вслушиваться. И невольно все тоже насторожились: не начинает ли артиллерия обстрел?

Но нет. Совсем не это интересовало собачонку. Было что-то гораздо важнее и интереснее: за углом, в Мансуровском переулке, завизжала собака, и рыжая собачонка с серьезными, обеспокоенными глазами вслушивалась в визг. Это было для нее самое многозначительнее среди свиста пуль и треска пулеметов, среди гула разрушавшихся устоев старой человеческой жизни".