Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Курсистка

(no subject)

В электричке у окна спит пожилой бородатый человек в кроличьей шапке образца семидесятых. Внезапно глубоко вздыхает во сне и отчётливо говорит:
- На умклайдет сел... животное.
И опять всхрапывает и утыкается носом в стекло.
Сидящий рядом парень рефлекторно дёргается, косится под себя, потом тихонечко отодвигается от спящего и садится вполоборота - так, чтобы на всякий случай на него не смотреть.

***
На улице Шухова сквозь снег проклюнулся свеженький, зелёный ирландский паб. Такой пока маленький, несмелый и, вроде бы, даже ещё не вполне открытый. А через две-три улицы, в магазинчике винтажной одежды – целый сундук, набитый килтами. Ну, по крайней мере, пару недель назад он там был. точно. Представляете – целый огромный сундучина, а в нём шотландские юбки всевозможных клановых и внеклановых расцветок. Уютные женские, тяжёлые, утеплённые в нужных местах мужские, с пряжками, со складками, с пушистой бахромой.... Я даже пожалела, что я не моль – уж я бы знала, чем закусывать после этого паба.

***
- Это что за улица? – спросил у меня низенький и какой-то очень подвижный прохожий, который, даже остановившись, не стоял, а всё как-то припрыгивал и танцевал на хрустких реагентах.
- Это площадь, - сказала я ему. – Хитровка.
- Ну-у, Хитровка! – засмеялся прохожий. – Хитровка не здесь! Хитровка – она... она...
Заоглядывался и куда-то махнул рукой. Куда-то туда. В сторону невидимых ночлежек, харчевен, разбойничьего рынка, мостовой без реагентов и Станиславского с Сомовым, идущих через площадь мелкой раскачивающейся походкой, как ходят в старых немых кинохрониках. А потом и сам туда пошёл такой же походкой, хотя я бы на его месте не ходила.
- Не верит, стало быть, да? – подмигнул мне, проходя мимо, Станиславский.
доктор

(no subject)

Флешмоб «самый памятный подарок». На самом деле для меня все подарки – памятные, тут я ничем не отличаюсь от себя же, шестилетней. А из тех времён, когда мне действительно было шесть лет, почему-то вспоминается тот вечер, когда мне купили белого пуделя. Мама высмотрела его в витрине Добрынинского универмага, который в те времена был той самой уэллсовской волшебной лавкой, потому что его игрушечная часть была вынесена отдельно, и её длинная, забитая сокровищами витрина с волшебным окошечком располагалась как раз на уровне глаз Основного Потребителя. И Потребитель в моём лице уже присмотрел себе там восхитительную резиновую белку и уже нацелился на неё, дрожа от охотничьего азарта, как вдруг мама взяла и испортила всю засаду, бесцеремонно дёрнув его за рукав:
- Таня, смотри, какая собачка! Смотри, смотри!.. Давай купим! Ну, дава-ай!

Я посмотрела. Пожала плечами. Потом ещё раз посмотрела, но уже не на собачку, а в мамины сияющие глаза и в её раскрасневшееся, совершенно девчоночье лицо, и, вздохнув, сказала:
- Давай.

Собачка была, положим, так себе собачка, это и из-за стекла было видно. Но мама так радовалась, так ею любовалась, что я внезапно почувствовала себя СТАРШЕЙ, и это мне страшно понравилось... В конце концов, что мне, трудно было доставить ей удовольствие? А белка... да бог с ней, с белкой, что на ней, свет что ли, клином сошёлся.

И мы пошли домой, и мама всю дорогу прижимала к себе этого дивного дурацкого пуделя, а я, вздыхая, вспоминала Куприна и думала о том, что, наверное, придётся назвать этого дурачка Арто. Да-да, пусть будет персонажем, раз уж ни на что путное он не годится, а я буду мальчиком Серёжей, который, рискуя жизнью, спас его, выкрав у сумасшедшей барыни и её припадочного Трилли....

А дома нас встретил папа, и, открыв дверь, переменился в лице, и пошёл к моей кровати, и медленно извлёк из-под подушки пуделя. Точно такого же. Один в один.

- Увидел в универмаге, и что-то он мне так понравился, - покаялся он, виновато любуясь своим пуделем и не решаясь взглянуть на нашего. - Вот... думал сюрприз сделать.

И в этот момент я поняла. как они друг на друга похожи. Папа и мама. Раньше я об этом совершено не думала – и вдруг....

Нет, конечно, отчасти было обидно, что героическая история про белого пуделя и мальчика Серёжу на глазах превращалась в неуклюжую комедию наподобие «Похитителя собак» то ли Носова, то ли Драгунского – про ребят, которые, пытаясь вернуть домой сбежавшего пса, в конце концов притащили домой кучу посторонних собак, похожих одна на другую, как две капли воды... Но то, что мама и папа так одинаково мыслят и так искренне радуются одним и тем же вещам, внезапно ужасно меня растрогало.

С этого момента я, скрепя сердце, всем сердцем полюбила этих пуделей. Тем более, что белку-то мне через пару недель всё равно купили – не помню, в честь чего, но не исключено, что и просто так.

Пудель
дворик

(no subject)

Вчера утром забегал март, сказал, что февраль лежит пьяный и до обеда точно не встанет. Мы с подругой обрадовались, чмокнули его в свеженькую ледяную щёчку и поехали в Дунино к Пришвину. По пути, правда, нас догнал МЧС и сделал штормовое предупреждение с занесением, но было уже поздно, мы уже спускались в овраг по ужасно скользкой лестнице и только на середине её обнаружили, что никакая это не лестница, а тень от ближайшего забора.

Гуляли по лесу, как по фарфоровой обливной тарелке, расписанной кобальтом и золотом. Стояли на мосту, обнимались со снеговиком, черпали сапогами ощущение весны. Пришвина, конечно же, дома не было – МЧС всегда заранее предупреждает его о приближении экскурсии, чтобы он успел ретироваться. Зато экскурсоводы у него – сущий праздник, они вообще такие в домах-музеях, они там как члены семьи. Публикуют мемуары, претворяют сплетни в апокрифы и гимны, начищают посуду до нежного потустороннего сияния, взбивают подушки, выключают на ночь свет и мелко крестят невидимых хозяев, чтобы тем лучше спалось. А собакам их говорят: тсс, вот вам косточка и помалкивайте. И так хорошо смотреть на сегодняшний мир из окон того, ушедшего – как раз с этого-то ракурса он выглядит и объёмнее, и светлее. и осмысленнее, чем если смотреть на него в упор и вынуждать смущаться и что-то такое из себя корчить.

А сегодня утром март опять прибежал и сказал, что февраль пока выйти на работу не может, вот его объяснительная. Похоже, они просто договорились и делят день, работая каждый на полставки.

***
Комиссионный магазин «Мечта», Если не ошибаюсь, на Чистых Прудах. Можно сдать туда детскую мечту, из которой давно вырос, можно старую мечту юности, сто раз перелицованную, вылинявшую, в наивный розовый цветочек. Можно просто утратившую актуальность в этом сезоне или внезапно оказавшуюся не по плечу. А можно, за ненадобностью, уже сбывшуюся – сбывшуюся у вас оторвут с руками, поскольку это исключительный дефицит.

Покупать там надо аккуратно – как и везде, вам первым делом будут навязывать что-нибудь несбыточное или быстрорастворимое. Есть мнение, что хрустальные мечты покупать нельзя, якобы они разбиваются раньше, чем сбываются. Но на самом деле это чушь, хрустальные могут быть не менее прочными, чем золотые, тут всё зависит от производителя. Вообще, это очень интересный магазин: тут есть и кондитерский отдел, и даже зоологический. А при зоологическом - маленький ветеринарный кабинет, где одним мечтам за дополнительную плату пришивают крылья, а другим – купируют хвосты.
минни-шопоголик

(no subject)

В былые времена, когда вместо шкафа-купе из Икеи у меня в коридоре стояла стенка с двенадцатью аквариумами, соседский кот ходил ко мне по вечерам, как в кино. Приходил, усаживался перед экранами и пропадал, и сидел там, не чуя времени и подолгу не выходя из транса. Однообразие зрелища и отсутствие внятной сюжетной линии его не смущало. На моей памяти он ни разу не попытался вмешаться в действие, чтобы добавить туда капельку экшна. Насмотревшись, он вставал, вежливо отклонял приглашение разделить со мной ужин и уходил, на прощанье стрельнув из-под хвоста в стену – как мне кажется, больше по обязанности, чем из желания сделать мне приятное. Он был романтик, а не альфа-самец.

Я вспомнила его, когда с недавних пор стала впадать в такой же романтический транс при виде каталогов с коллекционными куклами. Теперь я зависаю там, не чуя времени, и в точности, как тот кот, даже не пытаюсь поймать на зуб то, что видит око. Во-первых, потому что такие цены мне всё равно не по зубам, а во-вторых, где бы я разместила такую добычу – нет у меня таких апартаментов и не было никогда, даже в 1895 году. Но наслаждение от созерцания, пожалуй, где-то даже выше, чем наслаждение от обладания.... Я имени её не знаю и не хочу узнать. Но у неё глаза как вишни, волосы из натуральной козы, и она умеет играть рапсодию Листа. А вот эта, вся в кружевах и ямочках, умеет говорить, если её допросить с пристрастием и хорошенько потрясти. А вот эта кудрявая, с лицом испанской коммунистки, тряси не тряси, нипочём не заговорит, по лицу видно, ну, и не надо, она и без того невозможно хороша. А той толстоморденькой, со смешным удивлённым ртом, которую мне всё-таки положили под ёлку в том самом 1895 году, хоть я в то время уже считала себя большой и не играла в куклы – той так и нет ни в одном каталоге, да и бог с ней, оно и к лучшему.... Но, боже, какое изумительно затягивающее занятие, кто бы мог подумать!

А потом, вынырнув на поверхность, подходишь к зеркалу и думаешь: ну, молд-то так себе, типовой, хотя и винтажный, а вот сохранность ничего, на троечку с плюсом, хотя, учитывая условия хранения, могло бы быть и получше. А потом идёшь гулять и по пути машинально, всё ещё под наваждением треклятых каталогов, покупаешь себе негнущееся платье глупейшей фаянсовой расцветки с розочками на груди и думаешь: боже, как я в нём хороша. Хотя умом и понимаешь, что в этих жутких розочках ты похожа на китайскую реплику из Красного Куба, и ни в один приличный каталог тебя точно не возьмут.

120614122842
какая есть

(no subject)

А вот в нашем районе улицы чистят. Точнее, превращают утоптанный снег в ядовитое ледяное болото и исчезают, посчитав дело сделанным. Удивительно ли, что ночам здесь кто-то воет, и мелькают разноцветные блуждающие огни. И орхидеи ещё не зацвели, это прямо как-то сразу чувствуется.
А в переулках по-прежнему тихо и утоптано, и, пока идёшь вечером домой, прямо над тобой висит здоровущая, в полнеба, невидимая луна, и можно не бояться поскользнуться и её уронить. А под ноги тебе то и дело деликатно лезет какой-нибудь сугроб и норовит потереться затылком о сапог. И ты уже не злишься, а умиляешься и думаешь: сахарку тебе, что ли, сыпануть? А то всё соль да соль. Озвереть можно от этой соли.

***
А днём, пока уворачиваешься от снегоуборочных машин, вдруг замечаешь, что где-то рядом – весна. И сосульки сверкают на солнце совершенно как богемский хрусталь; на некоторых даже видны синие овальные наклейки с маркировкой. Из-под арки выходит дама в приталенной шубке и с муфтой, навстречу ей идёт антикварный дворник с бородой и в валенках. Оба на вид в очень хорошем состоянии, без трещин и сколов. А на ледяной горке возле скверика катаются кадеты. Интересно, если пойти на каток, то там будут юнкера?

***
А марсиан у нас тоже много, вы не думайте. Иногда их даже отпускают погулять вечером без присмотра. Идёшь по двору, а они впереди тебя; на голове – наушники, на наушниках – острые кошачьи уши, нажмут на кнопку – и те начинают светиться, искрить и подмигивать. И ты думаешь: господи, ты-то как попал в этот фантастический роман, и что тебе в нём делать и как в нём жить с этим твоим ридикюлем и драной муфтой?
- Эу! Куда прёшься-то? Дура! – в сердцах кричит одна Аэлита другой.
- А чё, а чё? А куда мы, вообще, прёмся? – интересуется другая.
- Ууу! Ну. ты спросила! – радуется первая. – Я-то почём знаю?
И хохочут, сияя в темноте кошачьими ушами, и замёрзшее небо, глядя на них, подтаивает, и в нём даже появляется пара лунок, из которых немедленно начинает валить облачный пар и подмигивать уши каких-то малоизвестных, местночтимых созвездий.
самодостаточность

(no subject)

Кстати, о Зоологическом музее. Вы. конечно, скажете, что он пыльный, дохлый, что там только грусть-тоска, траченные молью чучела и пауки в банках. И что ему, как Политеху, давным-давно пора обновляться. А я вот что скажу: как хорошо, что в мире есть ещё места, где всё в точности, как было раньше. Вот как приходил ты сюда в 1895 году, разматывая по пути башлык и обмётывая веником валенки, так же можешь прийти и сейчас, и под лестницей тебя встретит тот же мамонт, а на лестнице будет так же пахнуть нафталином, формалином и сладкой музейной затхлостью.

И знаете что – там и сейчас полно всяких исследователей от двух до семидесяти, и у всех одинаково сосредоточенные и сдержанно-восхищённые лица, и никто не зевает, не пялится украдкой в смартфон и не канючит: «маам, мне жарко, пошли на карусели!» И никто не жалуется, что тут нет виртуального сафари, первобытных тропиков в тридэ-формате и скачек на динозаврах. Когда ты юн и нежен, знание НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО должно обрушиваться на тебя в виде квестов, клипов и танцев под звёздами, иногда НУЖНО, чтобы оно просто висело на стене в виде невзрачной чёрной таблички над не первой свежести чучелом двугорбого верблюда. Иногда весь смак в том, чтобы эту табличку внимательно изучить, шевеля губами, а потом застыть перед верблюдом, приоткрыв рот. В точности, как застывали мы в 1895 году.

- Ну, куда ты смотришь, - дёргает папа дочь, склонившуюся над витриной. – Ты вот сюда смотри! – и показывает на объектив. Дочь неохотно оборачивается, и в стёклах её очков всё ещё сидят королевские пингвины – по одному в каждом стекле.
- Мам! – взвизгивает кто-то за дальним поворотом. - Иди сюда, тут кольчатые черви! Скорей! Скорей!

Хотя, конечно, аттракционы тоже нужны. Когда чучело игуаны внезапно подмигнуло публике и полезло вверх по стволу, подчеркнув этим, что никакое оно не чучело, успех был колоссальный. Ни в одном зоологическом саду у игуаны такого успеха не бывает, а здесь – пожалуйста. Всё зависит от того, в каком ты окружении.
минни-шопоголик

(no subject)

Новый год – жуткое время; ладно бы, только родственники приезжали, а то ведь ещё всяческие воспоминанья минувших дней, не ко времени разбуженные и весёлые, как медведи-шатуны. Как завалятся всей кодлой, как начнут жрать твоё икорное масло и днями напролёт скакать у тебя под ёлочкой – ужас, до чего утомительно. Вот – детство, к примеру. Достало уже, ей-богу. В Ярославль его свози, в Зоологический музей своди, игрушек купи.... Хорошо ещё, на ёлки не просится, ёлок оно у меня с детства не терпит.

А сегодня пришла посылка отamarinn и – ура! – сегодня оно, как зайчик, сидит с ней в уголке, радуется и ко мне не пристаёт. А в посылке – небесный кит, уютная молочная шоколадка с двумя собаками на обёртке, мешок настоящих обсыпных монпансье, привезённых прямиком из семидесятых (amarinn, кто тебя туда пустил и, главное – как ты сумела их достать перед самым-то праздником, при тамошних очередях?!) Когда-то мы с сестрой, не глядя, различали на вкус, какого они цвета; вот эта – кисло-жёлтая, с прозрачной горчинкой, вот эта – сладко-зеленая, виноградная, лучше любого торта, потому что торт – это мгновение, а такие леденцы – мгновение, растянутое на целую вечность. Конечно, если не грызть их варварски, теряя при этом пломбы, а бережно хранить за щекой, иногда трогая и перекатывая языком.

А ещё в этой посылке было презабавное кольцо из начала восьмидесятых – правда, тогда таких ещё не делали, только примеривались. Монументализм в миниатюре, заставка к серии «зарубежная фантастика», замысел примерно как на этой картинке, а исполнение - хрупкое, девичье, в пух раззолоченное и сияющее, как витраж на «Новослободской».

photos_alone

Мои воспоминанья, увидев его, тут же восхитились и передрались, но я сказала: «прекратить, будете носить по очереди, оно безразмерное». Весь день они с этим кольцом носились, как с писаной торбой, а вечером из реала пришёл соседский ребёнок и сказал: «никакой это не Космос, это протоплазма». И добавил ещё несколько слов, которых мы не поняли, но на всякий случай покраснели. Но ценность кольца от этого в наших глазах только возросла.

И ещё кое-что было в этой посылке, от чего я совсем уж растаяла от восторга и радости, но об этом речь будет отдельно и чуть попозже.
дворик

(no subject)

Когда на мир внезапно нисходит тепло, это каждый раз такое потрясение. Ходишь, как по другой планете, сплошь завешенной дырявыми кружевами цвета зелёного янтаря, и рука всё время тянется их отдёрнуть, потому что, ну, не бывает же. И улица мурлычет, как кот на тёплом пледе, и тут же, на глазах впадает в детство и стучит по дворам мячиком, и скрипит качелями, и даже, кажется, гремит битой, что совсем уж невероятно. Дикие брейгелевские тополя зеленеют не сплошь, а фрагментами и пучками, из-за чего ужасно напоминают зацветшие дворницкие мётлы. По двору идёт носатый курьер и несёт на локте длинную сумку в форме люльки, зашторенную кружевами цвета весеннего янтаря, и с нарисованным сбоку аистом.

***
Нет, ну, согласитесь, все эти деревья, обросшие за одну ночь хипповскими шевелюрами, все эти цветы на клумбах, которых вчера и в заводе не было, а сегодня, нате вам, стоят – это же не настоящее, правда? – это же компьютерная графика! Вон, и птиц каких-то дивных нарисовали, не то дрозды, не то сойки… ну, откуда в городе сойки?... хоть бы учебник почитали перед тем, как рисовать…. В парках бегают собаки, все в налипших тополиных почках, и сами липкие и душистые, как карамельки. С улиц куда-то подевались бледные закутанные тени и вместо них откуда-то появились всякие граждане в шортах и домашних шлёпанцах, тоже ужасно аутентичные. А вдоль дорог проросли свежие дорожные знаки, а садовники ездят на оранжевых машинах и их поливают.

***
И, да, о нарисованных городах…. К примеру, при первом взгляде на эту фотографию я на пару секунд сбилась с курса и подумала, что, вот, наконец-то кто-то всё-таки прорубил в небе окна, и теперь можно будет изредка туда лазить, как когда-то петровцы - в Европу. Совершенная иллюзия слияния реального с виртуальным, когда уже нет никаких границ между плоским и трёхмерным, между вымыслом и правдой, между небом и землёй. И никаких пограничников с огненными мечами. И самолёт летит над проводами на свет маяка, и вот-вот улетит из картинки в жизнь, а никто и не заметит..
А недалеко от Александровского сада мы с подругой видели стену с окном, аккуратно вписанным в барабан старинного солдата. И представили себе. как оттуда время от времени выглядывает хозяйка квартиры и кричит, потрясая кулачком:
- Опять окно расфигачил палками своими, чёрт, леший!
- А мне, матушка, по барабану, - дружелюбно отвечает ей солдат.

Фотография boqueron

18198251_765997203573982_1526628174710984329_n
Кенгуру библиотечное

(no subject)

А меня тут уговорили присматривать за медведем, пока его хозяева будут в отпуске. Не бойся, говорят, он игрушечный. А я, как посмотрела – мама дорогая. Это же любимый медведь малютки Гаргантюа, его в мою квартиру можно доставить только через крышу подъёмным краном. Да и что за странная мысль – за ним присматривать? Кто такого украдёт? – учитывая, что малютка Гаргантюа давным-давно вырос
- Но наш-то малютка ещё нет, - говорят мне друзья. – Мы его еле уговорили без Тобика ехать, и то после того, как наглядно показали, что тот ни в салон, ни в багажник не влезает – ни прямо, ни боком, никаким местом.... Ну, он кое-как согласился, но пи условии, что мы Тобика одного не оставим, а найдём ему няню с хорошей репутацией.
- А чего - одного-то? – говорю я. – У вас что, нет других игрушек, чтобы составить ему компанию?
- Есть-то есть, - говорят, - но всё сплошь танки да бластеры, а с бластером разве поговоришь? То есть, можно, наверное, но на очень ограниченный круг тем….

Ну, я ещё раз посмотрела на этого Тобика и согласилась, что наедине с бластером его действительно лучше не оставлять. Так что, в июне мне придётся как-то расширять дверь и придумывать подходящие темы для светских вечерних бесед. А что? Вон, другая подруга мне рассказывала, что про одного такого Тобика есть целый умилительный ролик – как он загранпаспорт потерял, отстал от самолёта, а потом догонял хозяйку следующим рейсом…. Короче, ушлые они ребята, эти Тобкики, и, как никто, умеют вить из нас верёвки. А у этого ещё лицо такое, что я почти не сомневаюсь в том, что он будет втихаря жрать из моего холодильника и приглашать приятелей на вечеринку, пока я буду на работе.

На картинке – не он, конечно, но явно кто-то из его родственников. А кто мне скажет, что присматривать за игрушечным медведем легче, чем, допустим, за живым котом, тому я скажу: братцы мои, а кто вам сказал, что за котом я не буду присматривать?
pluheviy_medved
бодрость

(no subject)

В тихом дворике на громоздкой старорежимной карусели сидят двое мужчин – один с планшетом, другой с кипой бумаг – и обсуждают какие-то договора, периодически хватаясь за телефоны. В процессе обсуждения, не сговариваясь, синхронно отталкиваются каблуками от земли и на пару минут замирают, подставляя блаженно расслабленные лица вертящемуся по кругу солнцу. И они правы, между прочим, это очень стимулирует. До сих пор помню, как мы с сестрой уносились мыслью в дальние дали на точно таком же агрегате, а потом прикладывали подорожник к ссадинам на локтях и спешно отчищали майки, чтобы дома не узнали, насколько далеко мы уносились мыслью.

- Вот молодец! – умиляется дедушка с лабрадором на поводке при виде встречного водителя самоката. – Дорогу нам уступил – какой хороший мальчик!
Водитель самоката жмётся к обочине и смотрит на них с таким выражением, с каким, вероятно, смотрел бы водитель Сивки-Бурки на умиляющегося великана с трёхголовым тираннозавром на поводке.

У школьного забора стоит машина, разрисованная не то под сильно вылинявший шарфик Четвёртого Доктора, не то под бабушкин деревенский половик. За забором группа подростков, выведенная на пятничный субботник, танцует вокруг мусорной кучи ритуальный танец, ритмично хэкая и потрясая в воздухе лысоватыми мётлами.